« Сайт LatinoParaiso


Правила форума »

LP №28 (434)



Скачать

"Латинский Рай" - форум сайта латиноамериканской музыки, теленовелл и сериалов

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



"Страсти по Саломее" (Мексика) - резюме серий

Сообщений 81 страница 86 из 86

81

16 августа 2004г. 145 серия...
Вся серия была посвящена празднованию Дня матери. Все веселились, радовались, ликовали. Кроме Лукресии. С ней в этой серии вообще творилось нечто невообразимое. Сначала она заговорила голосом Карисии и так им и проговорила всю серию. Ни свет ни заря к ней приласкался Антони, но как только он получил от неё чек для своей несуществующей племянницы свалил куда-то. До этого Лукресия ему пожаловалась, что вот сегодня день матери, а никто её не поздравил кроме него даже сын Хулио забыл про свою мать. Но как только Антони ушел пришел Хулио с большим букетом алых роз и коробочкой с ожерельем. И как вы думаете Лукресия растрогалась, начала целовать и благодарить сына? Нет, она буквально прогнала его. Через какое-то время с букетом белых роз пришли трое Хосе. Они сказали, что так как не узнали чья же она бабушка на самом деле, то хотели бы предложить ей быть бабушкой для всех троих. Но она закричала на них, сказала, что они специально издеваются над ней и пусть проваливают и начала стукать букетом об край стола. Они испугались, что им тоже достанется и поспешили убраться. Вот так! Хотели как лучше, а получилось как всегда. После их ухода Лукресия чуть не расплакалась и корит себя, зато что не может обуздать себя, свою злость и хотя прекрасно понимает, что и Хулио и братья хотели сделать ей прекрасное, но она не смогла повести себя по-другому. А вскоре вернулся Антони и принес на подпись Лукресии какие-то бумаги. Сказал, что это своего рода обязательство, что он взял деньги в кредит и обязательно вернёт их. Лукресия говорит, что не стоит, она ему верит, а он одно что заставляет её подписать, говорит, что так ему будет спокойнее. Ну и видать она подписала. А он стоит улыбается и думает: «Ну давай же дура подпиши и тогда пойдешь по миру».
Герейро с самого утра ушел из дома в свой прошлый дом – подземелье, где живут его друзья-бродяги. Оказывается там с ними живет некая мама, которую они все очень любят и вот сегодня празднуют в честь неё. Герейро говорит ей, что очень её любит, и теперь у него две мамы. Они там стол приготовили, ну в смысле праздничный обед и все её поздравляют, говорят как они её любят, но вот что интересно нам то не показывают, что это за мать такая, которую эти дети так любят и боготворят, только силуэт на стене показывают. Ну думаю вот сейчас сценаристы снова что-нибудь выкинут – окажется этой мамашкой какая-нибудь Йоланда из ДРуби или ещё кто-нибудь похлеще, какой-нибудь Лучо. Но все оказалось гораздо прозаичнее. У деток от постоянно холода и голода и жизни в темноте подземелья, помутился рассудок. Мамашкой оказался манекен, наверно стащили его в магазине. Видимо сценаристы уже ударились предпраздничную пьянку по случаю окончания теленовеллы и продолжают радовать нас совсем уж несуразной чушью.
В квартале бедняков по случаю праздника всенародное гуляние. Вот вроде бы бедняки, а это ведь надо столько денег потратить на разные украшения. Весь двор украшен всякими лентами и гирляндами.
Братья-певцы подарили своей маме стиральную машину огромных габаритов на 10 кг белья (так и сказали, хотя на мой взгляд там целый мешок белья поместиться). Такие машины ставят разве что в химчистках и прачечных. Ну наверно весь квартал будет в ней стирать свои шмотки.
Маурисио продолжает бомжевать. Теперь он уже просит милостыню у каких-то развалин. Говорит, что хочет подарить подарок Саломе на праздник.
Маркос (бывший наркоман) отмечает праздник со своей одумавшейся мамашкой. Пришел одумавшийся папашка и попросился в их веселую компанию.
Диего с Ребеккой тоже решили сделать очередной «подарок» Саломе. Они послали ей корзину алых роз с запиской, в которой было написано буквально следующее: «Мать бывает только одна, потому что двух не вытерпишь, особенно если эта мать при содействии отца пытается продать ребенка, как это сделала ты, Саломе!». Букет пришел, когда все были в сборе. Сначала записку начала читать Саломе, естественно не зная, что в ней написано. Прочитав первую фразу, Саломе остановилась. Записку взял Хулио и тоже не смог прочитать дальше. Тут подскочил Мигель, вырвал у Хулио записку и громогласно прочитал её всем присутствующим (присутствовали трое братьев, Вили, Ромина, Карла и Карисия со своими мужчинами).

0

82

17 августа 2004г. 146 серия...
Саломе рассказала братьям историю о том, как они чуть было не продала ребенка Лукресии, но вовремя одумалась и сбежала с ним в Хуарез. Братья отреагировали лучше чем она ожидала и не стали её ругать или упрекать.
Лукресия подписала бумаги, которые принес Антони. Это было вовсе не какое-нибудь обязательство о погашении кредита, это была доверенность на управление имуществом. После того как Лукресия её подписала Антони пришел во флигель к Диего и Ребекке и там все подняли бокал шампанского за разорение старухи Лукресии. На следующее утро пришли люди и вынесли всю мебель из особняка. Лукресия была в шоке, но адвокат показал ей подписанную ею доверенность. Когда уже все вынесли пришла троица злодеев-приятелей (Ребекка, Антони и Диего) и с радостью осмотрели пустые стены. Пришла Лукресия и над все трое стали издеваться. В конце концов Антони избил Лукресию до полусмерти и сбежал за границу. А Ребекка с Диего направились в квартал бедняков за завещанием Давида.
Кикис передала завещание Ромине и тут врываются эти двое. Диего выхватил завещание и передал его Ребекке. Но Ребекке захотелось на прощание хлестануть Ромину завещанием по лицу. Ромина ответила ей тем же и между ними завязалась драка. Ромина стала забирать завещание у Ребекки. Диего радуется, смотря на то как две бабы дерутся и ему стало интересно, кто победит. Кикис стоит и визжит. Тут заходит комиссар с двумя полицейскими… Одним словом, предпраздничная пьянка сценаристов продолжается. Даже не стану писать очередной фарс, который нам показали. Только напишу очевидное – Диего с Ребеккой сбежали от полицейских, а точнее полицейские сами за ними не побежали, отпустили их с миром. Но завещание осталось у Ромины
Ирма уже была в стельку пьяная, когда к ней пришел Роберто. Он стал отбирать у неё бутылку и получилось так, что он толкнул её на диван, она упала на него и ударилась беременным животом. И пошло поехало… Стала кричать что ей больно, что она умирает и все такое. Он отвез её в больницу (к нашему дорогому Иньиго конечно же), где ей сделали кесарево сечение. Ребенка поместили в инкубатор, а Ирму – в палату. Медсестра и Роберто уговаривают Ирму покормить ляльку грудью, но Ирма не соглашается.
Гильермо позвонил Хулио и сообщил ему печальные новости о Лукресии. Хулио с Саломе и братьями поехали в особняк и там нашли Лукресию лежащей на полу избитой. Лукресия стала просить Саломе сказать, кто же её внук, пока она ещё жива и Саломе уже начала говорить, но у Лукресии подкосились ноги и она упала, все стали её поднимать, а потом повезли её в больницу. Так Саломе ничего и не сказала.
Манола дежурит у постели сестры.
Нельсон привел Карисию снова на смотрины то ли на радиостанцию то ли на телеканал. Короче ей сказали, что песни её супер-пупер и они будут только рады, если она будет вести программу «Час Карисии». Обещают выпустить кучу дисков.
Саломе снова собрала всех братьев и у них начался разговор на тему «Кто есть настоящий сын Хулио». Саломе только вымолвить успела, что двое из них не её родные дети как закончилась серия.

0

83

18 августа 2004г. 147 серия...
Саломе сказала братьям, что двое из них не её дети. Братья стали причитать, что недостойны мамы Фернанды и какие они были дураки, когда пытали её своими вопросами, а она всю жизнь потратила на них. А потом взяли и ушли. Каждый пошел к своей невесте. А Карла оказалась не глупа и сказала Хулиану, что он наверняка родной сын, так как очень похож на Хулио.
Оказывается Антони ещё не успел сбежать за границу, а поселился в каком-то отеле вместе с Диего и Ребеккой. Его (именно Антони) выследила полиция и устроила облаву. Диего с Ребеккой поселились в другом номере. Почему полиция думала, что в отеле только Антони и совсем ничего не знала о Диего с Ребеккой, находившихся там же? Ответ очевидный – предпраздничная пьянка сценаристов в разгаре и этот нюанс ещё цветочки по сравнению с тем абсурдом, который нам покажут несколько позже. Облаву проводили утром. На операцию пригласили Хулио. Хулио сильно избил Антони в отместку за мать. Полиция смотрела на это спокойна и потом ещё комиссар поиздевался над избитым Антони, который умолял его защитить от Хулио и посадить Хулио за избиение добропорядочного гражданина. Комиссар сказал, что это была лишь самооборона, потому что якобы Антони сам первый напал на Хулио и все присутствующие это подтвердят. Вышли они всей гурьбой на улицу и увидели где-то там вдалеке, я так понял, как Диего стоит у фургона вместе с Ребеккой. (Когда полиция устроила облаву и ворвалась в номер Антони, а потом ещё Хулио стал его избивать, все это наделало много шума и этот шум услышали Диего с Ребеккой. Диего подумал, что это снова Ребекка их придала и она не смогла его разубедить в обратном). И вот стоят Диего с Ребеккой у фургона. А фургон то не простой а специализированный. В нем перевозят мороженые тушки убитых животных. Диего дал затрещину Ребекке и запихал её в фургон, а сам где-то что-то там подкрутил и включилась заморозка. Сам Диего пересел на место водителя, а Ребекку оставил в фургоне в компании замороженных тушек. Откуда-то издали на все это смотрит полиция и как-то особенно не торопиться бежать арестовывать Диего. Комиссар треплется с Хулио. Они решают очень важный вопрос, ехать Хулио с ними или нет. Пока суд да дело, Диего завел машину и помчался в голубые дали…Э-э-э, нет, не думайте, что абсурд закончился – чем дальше в лес, тем больше дров Гонятся значит полицейские за фургоном. Антони сидит на заднем сидении и злорадствует. А полиция догнала фургон и едет позади него на расстоянии пару метров и вот значит едут они едут, тихо спокойно. Конечно бортовать здоровый фургон маленькой полицейской машиной абсурд, но ведь в принципе, что не понапишешь в пьяном угаре. Но сценаристы видимо решили, что так будет совсем уж дико и придумали абсурд в своем обычном репертуаре. Антони, сидевший вместе с одним полицейским на заднем сиденье, вцепился в шею комиссара, ведущего машину. Их конечно же тот час же разняли, но комиссар остановил машину и сидит потирает свою шею. В 30 метрах был поворот, куда и завернул фургон Диего. И как только полицейские увидели, что фургон завернул, то решили, что не стоит продолжать погоню, потому что Диего опять удалось сбежать и они его все равно уже не догонят. Ну вот пожалуй здесь и была кульминация абсурда этой серии.
Ребекка замерзла в фургоне. Одним словом превратилась в ледышку (см. фото).
Ирма сбежала из больницы вместе ребенком. И собрав чумоданы, отправилась продавать ребенка в аэропорту. Не стоит вдаваться в мелочи, что и каким образом Роберто с Мауро додумались, что она в аэропорту. Приехали они в аэропорт, искали её искали, а в итоге она сама их нашла. Ирма была уже без ребенка. Тут Мони привезла на звездолете комиссара. Ирма плачет и говорит, что ляльку у неё украли. А покупатели стоят чуть поодаль и наблюдают за этой сценой. Ну короче взяли их с ребенком.
Братья вернулись домой на следующий день. В это время в доме был Иполито. И Саломе вновь начала разговор и видать хотела рассказать все им до конца и что Иполито их родной отец. Но братья и слышать не желают о своих настоящих родителях. Говорили, что они их ненавидят и не хотят про них ничего знать, что они чудовища раз бросили их. Саломе пытается объяснить, что мать то может и чудище болотное, но отец у них очень хороший и просто вынужден был отдать их ей, т.к. был не в состоянии их растить. Но это у неё не получилось. Братья говорят, что для них, что мать, что отец одинаковые чудовища и видеть они их не хотят и знать их не желают. Все это слушает бедолага Иполито и ревёт горючими слезами. Ну а что ты хотел? Раньше надо было башкой думать, а что сейчас слезы крокодильи лить? Братья пошли ещё дальше, говорят, что не хотят знать, кто их них сын Хулио и вот какая интересная вещь получается, раньше они готовы были четвертовать мать, чтобы она им сказала правду, а теперь готовы зашить ей рот, чтобы она им ничего не говорила и все осталось бы как есть.
Манола пришла в палату к сестре (сейчас она её только так и называет). И стала наводить марафет своей сестре, чтобы к приходу Хулио Лукресия выглядела на отлично. И разговаривает с ней так ласково и нежно. Лукресия даже заплакала, а сказать ничего не может. Пришел Иньиго и сказал, что скоро можно отправить Лукресию домой, но ей нужна будет седелка и родственникам надо бы позаботиться об этом, т.к. сейчас Лукресия будет передвигаться только на инвалидной коляске. Манола удивилась и говорит: «Ну а я на что? Она ведь моя сестра и я буду за ней ухаживать до конца жизни, пока смерть ни приберёт кого-нибудь из нас». На том и порешили.
Агент братьев-певцов пришел к ним с нерадостной новостью. Никто не хочет сотрудничать с ними из-за инвалидности Чаво. У Чаво снова началась истерика.
Хулио вернулся домой после облавы и сразу спросил у Саломе сказала ли она правду братьям, что Иполито их отец. И это слышал вошедший Армандо.

0

84

19 августа 2004 г. Серия № 148

Иногда очень полезно оказаться в нужном месте в нужное время. Думал ли Армандо, что оказавшись недалеко от шумно общающихся Хулио и Саломеи он узнает, то 2-е из его братьев (а возможно и он сам) окажется сыном Ипполито. Немного подумав, он пошел к себе, не знаю рассказать это сейчас или никогда.
Диего с предвосхищении открыл морозильник и для верности пощупал окоченевшую Ребекку, сказав при этом: «Вот что бывает с предателями – от них остается только мороженая тушка…». С этими словами он любовно погладил бывшую подельницу, а теперь труп, по голове. Тело готово к выносу.
Пиро с птичником тянут Кикис каждый на свою сторону (в той серии Ипполито с Пиро выиграли в лотерее, но потеряли билет, потом правда нашли его – пока его чуть мать близнецов в своей новой стиральной машинке не простирала). Кикис застукала своего курятника за тем, что он целовался с той дамочкой, которая последнее время около него ошивалась. Словом… дала птичнику отставку, а тот прибежал мириться. Надоело Кикис разборки мужичьи слушать, растолкала она их и ушла прочь.
Роберто с Мауро не хотят отдавать ребенка, потому как сначала должны сделать экспертизу типа. Но насколько я понимаю – причем здесь это, ведь вроде как Роберто до сих пор состоял в браке с Ирмой (по крайней мере, до рождения ребенка). Хотя, теперь это ей не поможет - Ирму забирают в каталажку, тем более, что она ввела себе какую-то инъекцию и у нее молока нет.
Диего прибежал в себе в кабаре, а там полный погром… Мебель в его кабинете вся скидана в кучу, а сейфа нет даже на дне этой кучи, не говоря уже о деньгах. Разражаясь в проклятиях по материнской линии, Диего думает что же произошло… Элементарно!!! Раз типа его ищут, то кабаре ему теперь и даром не нужно.. Это видимо и решил Абель (наш человек – гребёт все что плохо лежит, да хоть кабак…).
Я давно говорила, что у Саломеи не дом, а проходной двор… Двери там, по-видимому, просто нараспашку открыты и ходит там кто попало и отчего-то ничего не пропадает и прислуги не видно у нее. Её-то бы привычки, да в Россию – от хаты бы и штукатурки не осталось, и ту сковырнули бы. Маурисио Саломеева штукатурка конечно не к чему, но вот от самой Саломеи он не отказался бы, хе-хе… Пришел он к ней (а доме ни души), повздыхал, что не поздравил ее с Днем Матери, поговорил с ее бумажным портретом и положил ряжом свой подарок – носовой платок явно б/у и записочку к нему и пошел прочь.
Теперь же у всех радостная новость - Чаво сделают операцию и он не будет хромать… Видимо вес врачи во всех странах одинаковы. Раньше Иньиго вообще хотел Чаво ногу оттяпать и бегал бы сейчас парнишка как поросенок из анекдота (пришел мужик к соседу, а у него поросенок по двору на протезе скачет. Тот удивился, переспросил… «А зачем мне для холодца всего хряка резать?»-, ответил хозяин). Потом, когда его тряханули – то уговорили ногу не отнимать, а пусть он хоть и хромает, но на своих ногах. А сейчас он вообще как балерун прыгать может. Один вот только нюанс – бешеных денег стоит операция. А тут и Саломе решила меценаткой стать (как кстати). И раньше Чаво и нафик об операции слышать не хотел, то сейчас он уже на все согласный – полная халява, дамы и господа.
Хосе Мигель пришел в салон и стал расспрашивать Абеля про своего потенциального папочку. Но Абель молчит, зато разговорился Диего, который оказался так кстати!!! И стали два супер мачо меж собой в драке участвовать. А со стороны за этим было просто уморительно наблюдать, потому как при первом же ударе Мигель грохнулся на пол как куча г**** и Диего стал его попросту пинать как мешок с сеном. А Мигель даже не вякает – лежит этак тихохонько и кровью харкает. Абель попытался вступиться, но Диего (образно говоря) одной ноздрёй на него дунул (Абелю уже это расхотелось делать – мигом оказался в каких-то декоративных кустиках из которых потом долго выбирался) и снова продолжил пинать парня. На поле действий появляется Ромина. Диего перестает пинать Мигеля, видимо, ему это занятие наскучило, и принимается играть с Роминой в догонялки. Действие перенеслось на улицу. Ромина удачно перебежала дорогу, а вот Диего сшибла машина, смачно поваляв его по дороге. Вы думаете насмерть? Щазззззззззз… Тот отлежался на асфальте минуты три и пошел как ни в чем не бывало, хихикнув, что его и этим не проймешь, напугав своим «воскрешением» собравшуюся толпу. Ромину он конечно уже не догнал и пошел к Леону в гости. А Леон, под увещеваниями перевоспитавшегося Маркоса, решил «завязать» с этим делом, но Диего кинул ему дозу бесплатно, одобрив его выбор и мол это на прощание. Сам при это остался рядом и прикорнул до поры-до времени на диванчике рядом. А Леона начинает колбасить, только как-то не так как обычно – сводит судорогами лицо. Вот тогда Диего приподымается с дивана и близко подойдя к Леону говорит: «А вот теперь ты подохнешь как собака».
На семейной сходке у Саломеи после длительного общения обнаружили «сопливчик» Маурисио, т.е. его подарок с запиской (полдня тупо все смотрели на стол, по прихожей шатались, а нехилого размера скомканный носовой платок и не приметили. Все охают и ахают – да как же это так! Неужели у Маурисио ключи?! Дверь надо запирать за собой и дома хоть кого-то оставлять, когда типа всей гурьбой к кому-нибудь подаётесь!!! Богатая тётка, а на элементарного охранника и на приличную входную дверь жлобится. Не жили они в нашей России-матушке…На сходку приходят Ипполито, Кикис и Пиро - хвастаться выигрышем и Ипполито получает пуд презрения от родного сыночка Армандо.
Папаша Леона (комиссар полиции) прикупил сынку крутой шлем и пересеклись они вместе с Маркосом у порога их дома. Зашли, а там лежит мертвый Леон весь в крови (кровь носом и ртом от этой бяки пошла). А тут и позвонил Диего (в последнее время он появляется везде кстати) и саркастически спросил комиссара: «Какую надпись сделать на венке?» Комиссар брызгался слюной, но что он мог поделать? Наконец Маркос догадался, что Леон в коме и его надо вести в больницу. Около машины Леон очнулся, изо рта у него пошла пена и тот стал душить Маркоса. Комиссар пытался легонько шлепнуть сына, но не рассчитал видать удар и Леон башкой еще обо что-то ударился и в сознание больше пока не приходил. Леона конечно же привезли к Иньиго. Я вот думала, почему Леона туда привезли – наверное потому, что оптовым клиентам полагается скидка. Тариф «Саломе». С нами не соскучишься!!! Леон бьется в конвульсиях и его увозят в реанимацию. Иньиго сам лично занимается его спасением. Меж тем, в клинику подтягивается народ… Карисия с Маркосом бьют себя в грудь. Что не уберегли парнишку и это такое пятно на их воспитательской карьере и им теперь только котят дрессировать. И тут выходит Иньиго с понурой головой… Все кинулись к нему, а комиссар с надеждой спросил, что наверное все нормально. Но… Иньиго сказал, что Леона они не спасли.
Прошел месяц. Комиссар работает и попутно любуется на шлем, который он хотел подарить сыну. Он у него стоит на столе. Звонит Диего, который, очевидно, никуда не убрался и околачивается здесь в поисках добычи. Постебался он над комиссаром и трубку повесил.
Лукресия учится говорить и произнесла свое первое слово – «сестра». Ну Манола и радуется, как будто она слово «мама» выговорила и млеет также как в свое время Лукресия от имени Лу (в исполнении Антони). Синяки прошли, но вот одну часть лица у Лукресии перекосило конечно основательно.
Карла успокаивает Хосе Хулиана, который думает, что он и есть неродной сын Саломеи. Карла говорит, что Хулиан очень похож на Хулио, но это неважно, потому как например Артуро был отличным отцом для Хулио, но не был его родным отцом. Ну раз все здесь оказываются всегда в самое подходящее время, то рядышком (достаточно для того, чтобы все услышать в самых интимных деталях) оказался Хулио, который просто озверел от такой новости и стал трясти Карлу, уверяя, что сопливая девчонка все сочинила. Но Карла поступила мудро и спокойно. Она ответила, что не лжет и это не ее тайна.
Ромина чувствует себя богачкой. Дух миллионов (???) Давида-Матадора вскружил ей голову и она хочет профукать все деньги, открыв школу танцев.
Пиро теперь разбогател и пришел свататься к Кикис в абсолютно нелепом сочетании одежды – голубой пиджак и ярко-желтые брюки. Теперь у него открылся поэтический дар и он буквально говорит стихами. Ну Кикис и не надо уговаривать – она покорена и соглашается выйти за Пиро, забыв про своего птичника напрочь.
Чаво делают операцию и вновь все действующие лица и исполнители толкутся в клинике у Иньиго. На сей раз все оптимистично и Чаво будет прыгать как новый и зажигать на сцене покруче Майкла Джексона в его лучшие годы. В клинике стоит гвалт почище чем на стадионе во время футбольного матча.
Манола катает Лукресию на колясочке по квартире Хулио и к ним хозяин квартиры и заявляется. Теперь у него много есть что сказать – в основном это ор и претензии, что его обманывали все и водили за нос.
Готов анализ на отцовство ребенка Ирмы. Ну они потянули как могли до неприличия долго и наконец из широких штанин (пардон, из кармана пиджака) дубликатом бесценного груза бумагу с анализом… Потом еще Роберто еще с полчаса в нее глядел (типа нас хотели убедить, что мужик читать не умеет) и наконец сказал, что ребенок его «выделки». Что я хотела сказать… у все у них какой-то дар предчувствия и все типа знают кто у них родится на год вперед.. Вот уже давно твердили, что у Армандо непременно будет сын, как и у Ирмы тоже.
Прошло еще два месяца. Все собираются в Де Руби. Теперь это салон танцев и им управляет Абель…. У входа массовая сходка. Все те же лица, оживленная беседа. И как всегда на самом интересном месте появляется Диего – бодр, весел и свеж. Вот он точно из широких штанин достает пистолет и целится в толпу, а точнее в Саломе. Стреляет… Но видимо, Карисия движется быстрее пули ибо ее широкая грудь и заслоняет Саломе от пули Диего.

0

85

20 августа 2004 г. Серия № 149
Диего хохочет, что одним выстрелом убил сразу двух пташек: и Карисия и Саломе лежат на земле, только Карисия уже без сознания. Диего поскорее убирается с места происшествия пока все в панике на эффектной тачке, которую поди у кого-нибудь стащил, а за ним по пятам последовал Маурисио, который поклялся отомстить за «убитую» Саломе (вспоминали мы с Юрой это фрагмент а я еще и анекдот про Штирлица: Вот уже час Мюллер ехал по шоссе со скоростью 100 км в час, а рядом бежал Штирлиц и делал вид, что прогуливается). На радостях Диего устроил себе ужин при свечах в какой-то одинокой заброшенной сараюшке и как в фильме «Джентльмены удачи» вспоминает: «Сколько я зарезал, сколько перерезал…» теперь его здесь почти ничего не держит, несмотря на то, что он остался без денежек. Вот только и в самом деле, на какие средства он живет и живет, я бы сказала, неплохо.
Недозастреленную Карисию увезли конечно же в клинику Иньиго (видимо, в Мехико никаких больниц и нет, ну прямо как наша деревня Кукуевка, Митьковского района). Саломе как водится вся перемазалась в крови. Была бы тут покойная Ребекка, та бы развопилась, что это Саломе пристрелила свою подельницу (ну еще б свидетелей поменьше бы было). Собираются ей делать операцию, пуля застряла рядом с сердцем… Ну конечно типа если одним миллиметром правее-левее, то сейчас сюжет развивался бы не столь оптимистично. Оперировать с Иньиго рвется Мигель. И хоть он студент-недоучка, от силы пару-тройку раз бывавший в университете на первом (только еще) курсе (а в остальное время у него и его семьи тяжелая душевная драма), но он еще и акционер клиники!!!, и ему разрешают помахать ножичком, простите скальпелем… Ну и показывают что эти двое (и это при такой сложнейшей операции в районе сердца в операционной не было никого – видимо уже деньги на массовку закончились) начинают свое дело.
«Сладкий малыш» Тони скучает в камере – он хочет оттуда сбежать и он совсем пришелся не понутру своим соседям даже из-за того, что посмел ограбить старуху. Один из них под предлогом того, что он хочет отобрать у него ботинки затеял поножовщину. Тони конечно тоже дали нож, но тот практически не успел им воспользоваться. Один раз его полоснули по ноге, и уже второй раз в грудь. Потом все разбежались по углам, но пришедший на шум охранник лишь с презрением усмехнулся: «Ну вот еще одна тварь сдохла»… Так бесславно окончил свои дни ловелас и альфонс Антонии Коркуэра.
Еще одна героиня сериала, Ирма, отправилась в тюрьму отбывать свой срок.
Диего лумзает шампанское и продолжает продумывать свои злодейские планы – всем ли он успел насолить на прощание… И потом слышит за стенкой дикий гогот (он-то не знал, что его там ожидает Маурисио). И как-то от этого хохота ему становится не по себе.. «Хто здесь?» А Маурисио уже подпер дверь домика какими-то тяжеленными бочками (как он это сделал незаметно от Диего?) и вопит: «Ты злодей! Ты убил мою Саломе! Теперь ты тоже умрешь!» Диего в непонятухе (вспоминается фильм Иван Васильевич меняет профессию где Якин спрашивает царя: «Простите, но я что-то не узнаю вас в гриме…»), что-то знакомое и не знакомое в тоже время, сопровождающееся диким и безумным хохотом. «Как тебя звать?» - спрашивает Диего. Маурисио задумался и почесав репу, попросил Диего не задавать таких трудных вопросов и стал еще усерднее и щедрее поливать домик бензином.
Карисия лежит в реанимации и по ее собственным ощущениям собирается помирать и просит Нельсона, безутешно причитающего у ее кровати, усыновить Герейо. Потом лежат Саломе и Карисия на соседних койках. Типа ей кровь перекачивают по-видимому сразу... Но насколько я знаю кровь все таки проверяют на всякие там бяки и очищают прежде чем ввести другому человеку и уж точно нельзя увидеть такую картину, которую увидели зрители в этой серии. Саломе периодически просит Карисию не засыпать и пытается «развести» ее на воспоминания о прошлом (здесь снова ретро-картинки пошли).
Диего обидно, что он как колобок от полиции ушел, от родственников жертв ушел, а какому-то придурку попался и притом так глупо. Но… Маурисио чиркнул спичкой и эффектно поджег явочную квартирку «Диего неуловимого». Конечно, столь яркое, во всех смыслах слова, зрелище не могло не оставить своего отпечатка на тонкой психике Маурисио: тот начинает хохотать, петь и танцевать вокруг домика-сарайки, а Диего начинает метаться в поисках выхода – домик полыхает еще так и уже пламя загоняет Диего в угол. Маурисио пару раз окликает его, но не слыша ответа говорит: «Ну значит запекся…» А Диего и впрямь стал запекаться, ну прямо как курочка гриль, а потом ну просто каким-то чудом (но как??? Если дверь была так бочками закидана, что там бы и таракан не проскочил) он смог вырваться на волю и уже темную ночь озаряет такой живой факел. Петушок по имени Диего пропекся просто отменно, у меня даже волосы дыбом встали, про таких говорят - страшнее черта стал (фото прилагается). Однако живой и передвигается без дефектов в опорно-двигательном аппарате. Просто поражаюсь живучести Диего (ведь при таких ожогах у него должно было отказать сердце и наступить отравление продуктами разложения кожи как минимум) и садизму с маразмом сценаристов сериала. Диего только говорит: «Я - урод…» И вот в таком шатании по лесу (а домик в какой-то заброшенной лесопарковой полосе находился типа) он натыкается на местную жительницу. Та от страха, по всей видимости, наложила в штаны и просто обмерла при виде такой «красоты». Диего приказывает ей его вылечить.
А потом все собрались в церкви и падре (тоже один на все случаи жизни) начинает свою заунывную речь, больше , кстати, похожую на похоронную. Я стала подумывать кого из оставшихся в живых супергероев маразматики-сценаристы отправили на тот свет и уже мне стало казаться, что вот-вот камера нам покажет гроб с телом покойного… Но!!! Оказывается так нас решили заинтриговать свадьбой Карисии и Нельсона!!! Хулио с Герейо ведут Карисию к алтарю. По этому повожу еще один вопрос к сценаристам-алкашам-маразматикам (других слов просто нет).Обычно они пишут что прошло мол столько-то времени и прочее, а тут… извините… И как Карисия так быстро оклемалась от такого ранения и все также бодра, весела, свежа и румяна? В разгар свадьбы позвонили и сообщили, что у Натальи начались роды. Все по очереди прощаются с Натальей . Армандо по-прежнему шарахается от Ипполито. Пиро пришел в клинику на пару с Кикис (поженились ли они – не знаю, но его ярко-желтый пиджак был виден издалека). Разрешать Наталью от бремени отправилась бригада «УХ», уже отличившаяся с Карисией – Иньиго и Мигель (ну точно, деньги на массовку закончились). А потом они выходят по уши в крови и сообщают, что у Натальи родилась дочка (а типа все сына пророчили, хех). Мне вот еще кажется, что снимут сериал «Саломея-2», где типа потом сын Ирмы женится на дочери Хосе Армандо, потому как такие маразмы не должны так резко прекращаться... а обычно так и бывает. Правда нам это попадает уже в виде книжек, читая которые и радуешься и рыдаешь в тоже время от досады, что не увидели еще более изощренную сеть идиотизмов в реале.
Идут похороны Натальи. Все, как и положено, глазки черными очками зашторили и посреди всего этого Хосе Армандо неожиданно требует у Саломеи поклясться на могиле Натальи, что он ее родной сын.

0

86

23 августа 2004г. 150 (последняя) серия...
Ну, вот и пришло время последней серии. Общее впечатление от просмотра последней серии такого – ожидалось нечто более эффектное, кровожадное и впечатляющее, но видимо сценаристы писали сценарии заключительной серии в трезвом состоянии, поэтому даже и абсурда как такого (к чему нас приучили и чего мы так ждали) почти и не было, хотя один неожиданный, казалось бы, нюанс нам все-таки впендюрили. Но обо всем по порядку…
Саломе снова собрала трех братьев и снова начался разговор на тему «Кто есть кто». Но на этот раз, как ни странно, Саломе все-таки сказала кто есть родной сын Хулио. Но нам это преподнесли так, что мы не поняли кто именно. Ну а если следовать законам логики, то два остальных являются сыновьями Иполито (то, что двое из них сыновья Иполито сказал Армандо, так скажем, опередил мамашку). Саломе попросила Хосе Хулиана (не станем уж кривить душой и так все уже знают кто сын Хулио) пойти к Лукресии и назвать её бабушкой. И все бы хорошо, если бы по сотовому не позвонил Диего (откуда у горелого Диего взялся сотовый телефон, я думаю, что у местной индианки (которая лечит Диего) он навряд ли бы был). При чем сотовый телефон индианка достала из штанов Диего. Вот чудеса да и только! Все на Диего сгорело, а сотовый не сгорел. Позвонил Диего Хулио и исповедался во всех своих грехах, а именно, что он похитил братьев, он стрелял в Мигеля, он испортил самолет, а Ребекка наняла медсестру, чтобы та отравила Саломе и теперь собирается убить всех пятерых (трех щенков, Саломе и Хулио).
С Лукресией нам показали, что значит «до чего дошел прогресс, до невиданных чудес». Как вы знаете Лукресия не умеет говорить, но за неё говорит компьютер. Ей на башку надели какой-то колпак, прилепили ко лбу какие-то датчики и все это хозяйство подключили к компьютеру и когда она в уме говорит (ведь в уме она говорить все равно умеет, у него только язык парализовало), то её внутреннюю речь переводит компьютер и выдает через динамик. И накануне Манола её обрадовала, что Саломе наконец то скажет, кто настоящий сын Хулио и внук придет к бабуле показаться.
И вот наступил этот знаменательный для Лукресии день. Сначала пришли Саломе с Хулио и чуть позже вывели Хулиана, хотя нам до последнего не хотели показывать его. И вот стоит Хулиан перед бабулей, улыбается и, назвав её бабушкой, поцеловал её руку. Лукресия обомлела от радости и сказала: «Мой внук». Манола едва не подпрыгнула от радости, что сестра заговорила, при чем довольно отчетливо. Вот какое чудо свершилось. Потом Манола на радостях сказала фразу, которая всех ужаснула и в первую очередь саму Лукресию, Манола сказала: «Лукресия, ты стала прежней!». Все тут же перекрестились «Не дай Бог такого!». А Лукресия говорит: «Нет, я никогда не стану прежней, никогда». Потом Лукресия попросила у Саломе за все прощение и Саломе, конечно же, её простила. Тут же стояла Карла, которую Лукресия так же не смогла обойти своей безудержной любовью. Лукресия сказала, что Карла тоже будет её внучкой.
А Мигель с Армандо пошли к своему папе Иполито, чтобы сказать как они его любят, как его ценят (ведь он часто приезжал к ним в Оахаку и это были самые счастливые дни для них). Иполито сказал им, что то что должно было длится несколько дней растянулось на всю жизнь (он имел в виду то, что отдал сыновей Саломе на короткое время, но потом не решился забрать их к себе обратно). Потом все трое обнялись и расцеловались.
Следующим аккордом последней серии было оглашение завещания Анхелы. Адвокат произнес, что наследство Анхелы отныне принадлежит Хосе Хулиану. Но как бы не так. Хосе Хулиан внёс свою поправку в завещание: он разделил его на равные три доли. Мигель с Армандо неохотно говорят, что не нужно ему так делать, но дело было уже сделано. Вот ведь как все хорошо и замечательно складывается у братьев в материальном плане: сначала Артуро завещал им по хорошему кусочку своего завещания, теперь умершая вечность тому назад Анхела добавила свое наследство, следующей наверняка будет Лукресия, далее Манола и иже с ними. Как теперь модно говорить - у братьев всё в шоколаде (или братья все в шоколаде?).
Теперь что там у нас с Маурисио. Хулио встретил просящего копеечку Маурисио у дома Саломе и отвез его к Альдо. Маурисио конечно был в невменяемом состоянии, хотя сына сразу узнал. Элиса как всегда шарахнулась от своего благоверного, но её поддержал Гильермо. Хулио говорит Альдо, что Маурисио срочно нужно госпитализировать и пусть не скупятся на лекарства он все оплатит (лишь бы Маурисио был подальше). Альдо повел своего старика и ванну и там отмыл его от грязи. Ну а потом видать увезли его в больницу.
Показывают Маурисио в больнице. Прошло уже несколько дней, но Маурисио совсем не лучше и даже хуже. Он снова разыгрывает диалоги сам с собой. Но если раньше он просто говорил сам с собой, то теперь разыгрывает настоящие спектакли: он одну половину лица оставил как есть (сумасшедший Маурисио), а вторую загримировал под женскую (это либо Элиса, либо Саломе в его представлении). Кто в психбольнице дал ему косметику, покрасил одну половину волос в блондинистый цвет и завил их - остается только догадываться.
Падре (по совместительству начальник диспансера для опустившихся людей) снова пригласил Карисию и сказал, что у него для неё есть новый пациент, которому очень нужна её помощь. Карисия очень обрадовалась, что у неё снова есть хобби, но когда она увидела своего подопечного, то у неё подкосились ноги. Это был её бывший, который довел её до пьянства, это был Лучо. Нам не сказали, что с ним произошло, но вид его был не намного лучше Маурисио. Он не узнал её, хотя видимо в его голове что-то промелькнуло и он спросил у Карисии, знакомы ли они, но Карисия ответила, что никогда его не видела. Будет ли она его лечить? Наверно, да, хотя когда она его увидела, было ощущение, что она откажется.
Теперь про Диего. Индианка видать подлечила Диего и теперь он принялся за месть. Он похитил Хосе Хулиана на улице и увез его на какой-то строящийся объект. Привязал его к железной свае, позвонил Хулио и попросил его приехать за сынком. Саломе с Хулио приехали на стройку. Саломе осталась внизу, а Хулио поднялся на нужный этаж. Там его встретил Диего с пистолетом в руках. Хулио попросил Диего драться на руках, а то несправедливо получается. Диего согласился, но, зная результат предыдущих драк, в этот раз Диего приготовился. Он кинул горсть чего-то в лицо Хулио (наверно соль). И набросился на Хулио. Хулио конечно же ослеп на какой-то время и поэтому Диего получилось его избить. Хулио лежит на полу, а Диего видать хочет покончить с ним раз и навсегда, но не тут то было… Неподалеку сидел привязанный Хулиан. Ему удалось развязаться, и он бросился на Диего. Диего его ударил, так что Хулиан отлетел на несколько метров. Диего снова бросился на Хулиан, но тот увернулся и Диего вылетел с этажа на железную решетку и несколько прутьев прокололи его пузо. Он умер, наконец-то.
Манола с Лукресией пришли на кладбище на могилу Артуро. Манола рассказала Артуро текущее состояние дел, говорила о своей большой любви к нему и все в присутствии Лукресии. Та никак не реагировала. Потом Лукресия немного поговорила с Артуро, попросила прощения. Появился Артуро и сказал, что теперь он уходит со спокойной душой и ушел исчезая. Однако ни Лукресия, ни Манола его не увидели.
Мауро попросил Мони выйти за него замуж. Гильермо попросил Элису выйти за него замуж.
В квартале снова устроили всенародное пиршество. Иполито попросил руки Росарио. Та улыбнулась и сказала, что немного подумает и даст ответ попозже.
В один прекрасный счастливый день все герои собрались в кабаре ДРуби. Абель представил своих родственников (сестру и дочь). Потом Армандо начал клеить эту дочку.
На сцену вышла Саломе и всем объявила, что с этим место у неё связано так много воспоминаний, потом позвала на сцену Карисию и сказала, что в Карисия стала её сестрой и в Карисиных венах течет её кровь. Пожалуй, были все герои, вот только доктора Иньиго я не заметил. Его не пригласили? Вот вам и благодарность за спасение стольких жизней.
Все вышли на сцену и запели главную музыкальную тему второй части. Потом нам показали счастливых Саломе и Хулио, их поцелуй и появилась надпись FIN.
Потом взяли общий план, появилась надпись «Agradecemos al publico la preferencia su novela SALOME”. Я так понимаю зрителей поблагодарили за то, что они посмотрели теленовеллу. Да уж, помня события и весь фарс вперемешку с абсурдом, это надпись оправдана. Видимо, сценаристы все-таки чувствуют за собой вину.

0